Любовь Ишпулаева

Все тромбы опасны не только в нижних конечностях, но просто в нижних конечностях там больше сами по себе эти глубокие вены. Говорит Любовь Ишпулаева, сердечно-сосудистый хирург и флеболог. Поверхностные вены, они, как правило, находятся более поверхностно в подкожно-жировой клетчатке фасциальной, соответственно, в пространствах. И они впадают в глубокую венозную систему.

Организм женщины, он готовится к родоразрешению. Во время родоразрешения, это эволюционный механизм, женщина теряет много крови. И поскольку происходят такие процессы достаточно серьёзные, сопровождающиеся кровопотери, и организм, он готовится к этому периоду.

И для того, чтобы женщина, которая рожает, не умерла, грубо говоря, от кровотечения, у нас увеличиваются механизмы коагуляции крови. Коагуляция, я напоминаю, это свёртываемость крови.

И если у пациентки, у беременной девушки, у которой есть беременность и варикозная болезнь непролеченная, то происходит сочетание нескольких факторов риска. Варикоз – это расширение вен и нарушение работы венозных клапанов в ногах. То есть это и беременность, и плюс еще варикозная болезнь, и плюс, если это еще гипертония, диабет, ожирение, и таким образом…

Есть факторы риска, которые, скажем так, наши бытовые факторы риска. Это длительное положение сидя, стоя, то есть без движения. Есть такой синдром эконом-класса, когда пациенты летят долго в самолетах, и у них после длительного перелета появляются признаки тромбоза, которые подтверждаются затем. Это отечность, боль в нижних конечностях.

Есть еще один важный фактор повреждения сосудов, но он уже зависит от человека на все 100%. Курение действительно является большим фактором риска. И когда мы проводим операции на артериях, в том числе, мы говорим, что даже одна сигарета в неделю вызывает воспаление в сосудистой стенке. Это воспаление будет провоцировать изменение эндотелия внутренней оболочки артерии, в том числе и

Еще бывает генетическая склонность к образованию тромбов. А еще на свертываемость влияют некоторые лекарства, которые мы принимаем. Это контрацептивы, химиотерапия и лекарства, стимулирующие эритропоез. То есть, когда недостаточно красных кровяных телец во крови, и пациент вынужден получать такие препараты, они тоже могут провоцировать формирование тромбоза.

Если мы говорим про очень высокое, это какие-то тяжёлые заболевания, как я сказала, инфаркт, миокард, допустим, или это повреждение спинного мозга, тяжёлая соматическая патология, хроническая сердечная недостаточность, хроническая почечная недостаточность, тяжёлые травмы после автомобильных катастроф, допустим, пациенты, которые попадают в реанимацию, у них уже высокий риск возникновения тромбоэмболии лёгочной артерии.

И тяжелые травматологические операции, протезирование тазобедренных суставов. То есть это вот так глобально. К средним, к умеренным, скажем так, рискам, но умеренно это то, что повышает в 2-9 раз риск формирования тромбоза. Это то же самое операции. То есть операции бывают разные, но там даже артероскопическая операция на коленном суставе уже является средней градацией фактором риска формирования тромбоза.

не растворяет тромбы. Антикоагулянты мы используем именно, когда нам нужно предотвратить дальнейшее нарастание тромбов, и мы используем антикоагулянты, если обнаруживаем тромбоз, и после этого тромбоза на определенное время, это 3-6 месяцев или дольше, мы назначаем антикоагулянты. История открытия первого антикоагулянта чем-то напоминает историю пенициллина. Это была случайность. Но, как обычно, чтобы эта случайность произошла, понадобилось много усердной работы.

Тромболитики – это другие препараты. Это очень агрессивные препараты, которые вводятся под рентген-контролем, через специальный катетер вводятся, через подколейную область или бедренную область. Или при тромбоэмболии легочной артерии иногда вводят системно. Можно прямо именно в тромб ставить этот катетер или системно вводить. Но тромболитик растворяет тромб.

Нужно понимать, он растворяет тромб везде, все тромбы. Поэтому, соответственно, мы получаем высокий риск осложнения, в том числе инсульта и кровотечений отовсюду. Поэтому это только определенная категория пациентов, кому мы можем предложить такой метод.

Показаний к удалению тромбов их мало. Имеется в виду венозных. Это достаточно травматический доступ, и это технически достаточно трудновыполнимо даже в каких-то потрясающих хирургических руках. Тут мы и возвращаемся в начало выпуска. В 1930 год, когда молодой ученик-хирурга Джон Гиббон наблюдал, как его наставник безуспешно пытался удалить тромб молодой женщине.

Просто таких явных симптомов точно тела не существует, они очень неспецифичны. Это может быть одышка, то есть нарушение дыхания, ощущение нехватка воздуха, кровохарканье, в редких случаях такое бывает, учащение сердцебиения, боль в грудной клетке, может быть, и уменьшение сатурации. Но это не значит, что вам нужно начинать бояться и вызывать скорую при малейшей одышке.

Обычно тело не возникает на пустом месте. Есть какие-то провоцирующие факторы. Это уже имеющийся тромбоз. И те факторы, которые мы уже с вами перечисляли, это онкологические состояния, иммобилизация и прием гормональных препаратов. Но даже если вы пьете гормональные противозачаточные, не нужно бить тревогу раньше времени.

Считается, что повышенный риск тромбоза только в первые 1-3 месяца приема, потому что идет изменение, перестроение организма на фоне нового введения гормона. Далее этот риск снижается до исходного. Ну и вообще тревожится лучше поменьше. Все может быть в нашей жизни, но вот чтобы здоровый человек внезапно умер от ЭЛА, это казуистическая ситуация.

Как вы уже знаете, большинству случаев тромбоэмболии легочной артерии предшествует тромбоз глубоких вен. Его заметить проще, хотя и он бывает бессимптомным. По разным данным, таких незаметных от 3 до 15% случаев. Тромбоз глубоких вен проявляется выраженной отечностью, болезненностью, потому что тромб сам по себе вызывает воспаление. И воспаление всегда сопровождается болезненностью.

А симптомный тромбоз – это крайне редкая ситуация. Обычно бывает у пациентов, которые лежат в реанимации, уже в таком состоянии, когда они так постоянно лежат. Конечно, тромбоз глубоких вен можно попытаться предотвратить, как и большинство других сердечно-сосудистых заболеваний. И тут все как обычно.

Самый легкий – первый класс. Самому себе назначить компрессионный трикотаж первого класса компрессии, профилактический компрессионный трикотаж, можно всем. Но есть некоторые ограничения. Это пациенты, у которых есть артериальная недостаточность.

В основном это все-таки такие возрастные пациенты или пациенты, которые знают про свои заболевания артерий, нижних конечностей. И, конечно, очень важно следить за здоровьем вен нижних конечностей в целом, не только глубоких, но и внешних. Нужно обязательно лечить парикозную болезнь, если она имеется, вовремя.