Ойген Шофель

Когда фермер Карлсон уехал, Шофель ворвался в лабораторию, крича с сильным немецким акцентом. «Какого дьявола? Фермер тащится по этому холоду собачьему почти 200 миль на своей колымаге, а потом вынужден возвращаться с обещаниями, которые исполнятся через 5, 10, 15 лет, а может никогда. Перелейте коровь от тех, кто ели нормальное сено. Ах, Боже! Как ты это сделаешь, если у тебя денег нет?» Затем он несколько раз опустил руки в бидон и, потирая их, пробормотал.

«Не сгустка в этой крови. Кровь, кровь, проклятая кровь. Бедняга человек. Он жалок так в страданье». Это из Фауста. Затем он продолжил. «И что он обнаружит дома? Коров, которым хуже. А когда он со своей женушкой пойдет завтра в церковь молиться и еще раз молиться? Что у него будет в понедельник? Больше мертвых коров. У него для них только порченая сена. Он другого не купит».