Как известно, моральный и социальный прогресс всегда отстают от технического. Поэтому в то время, как протезы, чипы, импланты и нейроинтерфейсы могут полностью восстанавливать и даже приумножать возможности человеческого тела, люди всё ещё смотрят на такие устройства с опаской. Кто-то считает, что киборгизация и модификации тела – исключительно личное дело каждого. Другие, наоборот, предлагают поставить кибердетали в жёсткие правовые рамки или даже запретить совсем. Но в таком случае, кто имеет право ограничивать их использование? И в каком объёме? Если с ограничением на установку и использование частей тела всё более-менее ясно, то что насчёт нейроимплантов? Устройства, которые могут собирать информацию о работе нашего мозга, а самые передовые могут и посылать ему сигналы – кто и зачем может перехватывать над ними управление? Допустимо ли даже в самых благих целях брать под контроль сознание и волю другого человека? Отдельно стоит вопрос о том, кто может производить, продавать и устанавливать кибер-детали. Большие лаборатории и корпорации гарантируют качество и безопасность, но их продукция стоит так много времени и денег, что недоступна рядовому потребителю. В то же время, биохакеры создают протезы и импланты быстро и дёшево, чем способствуют их распространению. Но зачастую такие кустарные умельцы не имеют профессиональных навыков, чем подвергают жизнь и здоровье своих подопытных опасности. Это вообще законно? Да и стоят ли того эти риски?

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related