Когда-то 2+2 всегда равнялось четырём, Земля была однозначно круглой (ну или геоидом или эллипсоидом вращения), а не «бывают разные точки зрения на обозначенные вопросы»? В эпоху методологического плюрализма даже произносить слово «правда» становится несколько неловкость — дескать, а чья правда-то? И пока мы спорим о множественности истин, кто-то успешно использует эту неопределённость в своих целях. В новом эпизоде возвращаемся ко вселенной Гипериона, но на этот раз — с другой стороны. Если в прошлом эпизоде мы говорили о дионисийском начале и Мартине Силене, то сегодня поговорим об аполлоническом — о разуме, логике и критическом мышлении. О том, как Мейна Гладстоун, руководитель человечества в той Вселенной, смогла раскрыть многовековую ложь именно благодаря готовности задавать неудобные вопросы и проверять, а не доверять, и почему эта история актуальна не только в далёком будущем, но и здесь и сейчас. Почему многие тексты и источники сейчас стали похожи на тексты Шрёдингера — они вроде бы и есть, но когда их начинаешь проверять, их вроде бы уже и нет? Как получилось, что мы добровольно превращаемся в источник входных данных для больших языковых моделей и искусственного интеллекта. Обсуждаем эти вопросы в новом эпизоде подкаста.

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related