Понимание очень странный предмет, – вроде мы все хотим, чтобы нас понимали, но хотим обычно какого-то особого понимания нас, такого мягкого и уютного, без риска и вторжения. Такое понимание мало что понимает, и оно во много усиливает дистанцию между мной и Другим, – всякий раз когда меня кто-то понимает таким вот рефлексивным образом, подчеркивая это словами «я тебя понимаю», – мне становится тошно от этого. И не потому, что я такой сложный и никому не понятным, а потому что такое понимании мимо цели, мимо меня. И я должен согласиться с тем пониманием меня Другим, которое он мне навязывает? Вот уж нет! Но я бы сказал, что это этическое понимание, которое стремится к удержанию границ, но не к преодолению их. Оно уютно и безопасно, но и лишено живого присутствия с другим. Требовать такого понимание значит требовать быть удобным. Но есть и другое понимание, – экзистенциальное, оно лишено слов «я тебя понимаю», но оно переживается через вторжение в внутреннее пространство Другого, обнажает его подлинное Я и требует столкновения с непредсказуемым, с тем, что может быть неудобно или тревожно. Оно не обещает безопасности, но создает условия для настоящей встречи, живого присутствия и глубокого откровения.

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related