Лекция третья: «Оболенский и Жжёнов» (18 сентября 2019 г.). Они жили в одну эпоху, но в разных городах. А потом и отбывали сроки тоже по-разному. Пионер отечественного кино Леонид Леонидович Оболенский, буквально за руку приведший в кинематограф Сергея Эйзенштейна (познакомились на репетициях у Мейерхольда), после войны оказался в Минусинске, а Георгий Степанович Жжёнов, будущий народный артист СССР и исполнитель главной роли в культовых фильмах про резидента, еще до войны попал в Магадан. В 1946 году Жжёнов оказался в Свердловске, появилась, как казалось, удачная возможность вернуться к мирной творческой жизни и поработать на киностудии. Но ненадолго, потому что отсидевших раз Сталин решил посадить вторично. А Оболенский прибыл в столицу Урала и тоже на киностудию только через десять лет. И хотя повторно его уже никто не сажал (времена изменились), но отсутствие справки о реабилитации, как и природное умение создавать вокруг себя богемную среду (тлетворно влияющую, как известно, на подрастающее поколение!), буквально выдавливало его в самую что ни наесть уральскую глубинку. После Свердловска с киностудией был Челябинск с создавшимся телецентром, а после Челябинска – Миасс, где кинематографист с уникальным опытом, когда-то присутствовавший на съемках «Голубого ангела» и получивший в подарок от Марлен Дитрих тур вальса, заведовал скромным фотокружком. Оболенский и Жжёнов познакомились только в 1978 году на съемках фильма «Чужая». И с тех пор никогда уже не теряли из вида друг друга. Когда после смерти Леонида Леонидовича, уже в перестроечные времена, в Челябинске открыли его музей, первым приехал поддержать энтузиастов Георгий Степанович. Он-то хорошо понимал, что это не счастливый финал хоть и посмертной жизни Леонида Оболенского, а только начало нового акта драмы. И, действительно, три года назад под воздействием коммунистов из городской думы власти Челябинска пошли на беспрецедентный шаг – лишили музей Оболенского самостоятельного юридического статуса и сделали филиалом кинотеатра. А что-дальше-то? Да здравствует Сталин?

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related