О красоте подвига и восхождении великого народа. По тропе к солнцу и бессмертию. Кодекс https://t.me/avanpostrus/769 Режиссёрская версия https://t.me/avanpostrus/772 Расширенная версия https://t.me/avanpostrus/773 Бог есть Любовь. https://t.me/avanpostrus/774 Темнота не редела. Золотой цыганской серьгой, чуть подрагивая, висел над перелеском молодой месяц. Стремительно неслись облака то настолько прозрачные, что сквозь них проглядывались звездочки, крохотные, будто сжавшиеся от стужи, то тяжелые и хмурые. От их безостановочного мелькания все вокруг трепетало: заснеженный, пестрый от теней перелесок неожиданно колыхнулся, уплывая из-под ног, и я тихо прислонился плечом к заиндевелому стволу осины. Веки налились теплой и сладкой тяжестью и слегка надавили на глаза. Сомкнувшаяся над головой темень вдруг раздвинулась, и передо мной возникла Москва, улица Горького, освещенная утренним осенним солнцем. По мостовой, гонимые ветром, скользили, шурша, листья, пожелтевшие от первых заморозков. Мы стояли у подъезда нашего дома: моя мать, Нина, я и мой сын, маленький мальчик в аккуратной фуражке, прикрывавшей вихрастую голову, с продолговатыми материнскими глазами; в руках у него цветы, за плечами — ранец. Мы провожали его в школу. На первый урок. Запрокинув голову, он смотрел на нас и смеялся от неосознанного восторга перед жизнью. Он обнял и поцеловал мать, потом обнял меня, и я на мгновение ощутил в руках его уже упругие плечи, его холодноватые губы, прикоснувшиеся к моей щеке. «Вы меня не провожайте, — сказал он. — Сам дойду». «Одного не пущу», — сказала бабушка. «Ладно, — согласился мальчик великодушно. — Только не иди рядом, а чуть поотстань…» — Он бодро зашагал от нас. Нина провожала его взглядом, полным слез. «Что же ты плачешь?» — спросил я. «Подумать только, сын в школу пошел… Кончилась молодость, Дима». «Кончилась, Нина, — ответил я. — А у него с сегодняшнего дня началась трудовая жизнь… Надолго». Нина всхлипнула. «Как я хочу, чтобы он вырос умным, красивым, смелым!» «Вырастет», — ответил я, глядя, как все дальше и дальше уходил от нас сынишка. Я силился вспомнить его имя и не мог, Нину спросить стеснялся и страдал от этого. Мальчик, отойдя, обернулся, помахал нам рукой: неловко ступив, он споткнулся. Я рванулся к нему. «Не упади, сынок!» — закричал я. И очнулся, падая в снег. Россия, прости, что мы не смогли совершить во имя тебя того, что могли бы совершить. Люди, мы завещаем вам нашу любовь и нашу преданность Отечеству — большего богатства у нас не было… Берегите Солнце. Проект завершён. Новая планета. Здесь и сейчас. https://t.me/avanpostrus/671

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related