Лена Чеснокова

Получается, начали с инстасамки, а заканчиваем Викторией Бонией. Но пока я писала этот сценарий, меня, конечно, очень волновал вопрос, сколько все это стоит. Я не дата-журналист, но по открытым данным получается примерно такая картина. Подтяжка лица у пластических хирургов в России – это минимум 200 тысяч рублей. Причем это редкая цена, столько не может стоить подтяжка в Москве и Петербурге, и не может стоить у популярного хирурга. Только регионы и не всегда опытные специалисты.

Верхняя граница сильно более гибкая, у популярных хирургов я видела ценники в полтора и даже два миллиона рублей. Глютавопластика от 200 тысяч до миллиона и выше.

Окей, это эстетика. Реконструктивные операции по закону входят в ОМС. Например, государство с недавних пор оплачивает маммопластику с имплантами женщинам, пережившим рак груди. По крайней мере, в некоторых регионах. Я не знаю, действительно ли это так работает на практике. Напишите в комментариях, если делали бесплатную реконструктивную операцию в России. Мне очень нравится мысль Ивы Петанги, что у каждого должно быть право на красоту. Ну, в его собственном понимании этой красоты.

И мне очень хочется верить, что развитие медицины и технологий приведет к тому, что со временем это право выбора действительно появится у как можно большего числа людей.

Это был подкаст «Почему мы еще живы» студии «Либо-либо». Спасибо за внимание. Ну а я призываю поддержать наш эксперимент и поставить нам лайк. Подпишитесь на наш канал, поделитесь с друзьями, а еще напишите комментарий, как вам видеоформат. Ну а если вы слушаете нас на подкаст-платформах, то оставляйте, пожалуйста, оценки и отзывы. Ну и да, подписывайтесь на бонусные эпизоды и эксклюзивы подкастов студии «Либо-либо» в Телеграме и на Apple Podcasts.

Напомню, что до 10 марта у нас акция «Годовая подписка по старой цене». Все ссылки в описании. Над эпизодом работали авторка сценария и ведущая Ялена Чеснокова, редактор Костя Валякин, медицинская редакторка Даша Гельфман, медицинский консультант Женя Пенелис, продюсерка Настя Медведева, звукорежиссер, видеомонтажер и саунд-дизайнер Сережа Христолюбов,

Видеопродюсеры Леся Мерут и Даня Остапов. Оператор-постановщик Максим Мартемьянов. Фоторедактор Аня Филипова. И отдельное спасибо Лике Креймер, Ксении Красильниковой и Андрею Борзенко. Джингл написала композитор Кира Вайнштейн, а музыку и звуки для этого подкаста мы берем из библиотеки Blue Dot Sessions. Пока!

Цирроз – одно из самых страшных заболеваний, и его бояться не зря. Вот как его описывает Софья Бакаева, врач-гастроэнтеролог и гипотолог. Фактически цирроз – это ситуация, когда печень, а печень в норме, она очень эластичная, через нее за минуту нашей жизни проходит огромное количество крови, и печень отвечает за множество важнейших процессов.

Соответственно, у неё должна быть определённая структура для того, чтобы все эти функции обеспечивать. И вот как раз-таки цирроз печени – это ситуация, когда эта структура полностью нарушается. Внутри ткани печени формируются узлы, они состоят из соединительной ткани, и именно эта соединительная ткань, то есть можно сравнить это с рубцами, которые мы получаем…

Печень в организме человека выполняет огромное количество функций. Только послушайте. Печень продуцирует необходимые для нашего организма белки. То есть для того, чтобы всё переносилось в организме по крови, нужен специальный белок альбумин. И этот альбумин как раз-таки продуцируется печенью.

Плюс печень ответственна за синтез специальных белков, которые обеспечивают сворачивание крови. То есть, если вдруг мы поранились, кровь должна остановиться. Собственно, факторы, которые способствуют остановке кровотечения, тоже производит печень. Плюс вся кровь, которая поступает от желудочно-кишечного тракта, в первую очередь оказывается в печени. Соответственно, все, что организму нужно,

это всё в печени будет депонироваться, накапливаться. Всё, что не нужно, это будет проходить процессы детоксикации, то есть обезвреживания и выведения в дальнейшем из организма. То есть, по сути, печень – это такой своеобразный фильтр между всем тем, что мы в себя употребили. Это могут быть не только...

алкоголь или еда, это все лекарственные препараты также. Более того, печень участвует в обмене витаминов, микроэлементов, то есть фактически это огромный-огромный пул функций, который должен работать бесперебойно на протяжении всей нашей жизни.

Это снова гипотолог и гастроэнтеролог Софья Бакаева. Всё, естественно, начинается с воспаления, то есть какой-то фактор, факторов может быть великое множество, он начинает повреждать печень. Из-за этого клеточки печени гибнут больше, чем им нужно. И у печени есть, естественно, своя защитная

которая анализирует, что есть какое-то повреждение, и активируются специфические клетки, которые пытаются это воспаление как-то отграничить. И в результате этого формируется соединительная ткань, это как раз-таки начальные очаги фиброза. Соответственно, после воспаления идёт

Начальный фиброз, затем этот фиброз поражает как можно больше ткани печени, то есть все больше и больше печеночной ткани заменяются с очень эластичной на неэластичную фиброзную ткань. Затем фиброз приходит в достаточно выраженную стадию, продвинутый фиброз.

И в результате дальнейших процессов, то есть если мы фактор, который повреждает печень, не устраняем, то в конце концов это действительно приведёт к тому, что уже вся печень будет изменена, там будут узлы регенерации, это соединительная ткань, то есть это всё в итоге приведёт к формированию цирроза. Да, но самое важное, что мы можем и мы должны воздействовать на вот этот вот этиологический, то есть причинный фактор, и его убрать для того, чтобы остановить процесс формирования фиброзной ткани.

У него есть прямое токсическое действие, то есть метаболиты – это промежуточные соединения алкоголя, они негативно действуют на ткань печени. Естественно, есть и опосредованные, то есть на фоне употребления алкоголя у нас могут, опять же, активироваться те системы печени, которые ответственны за формирование соединительной ткани. То есть фактически здесь процесс очень многогранный, и нет такого, что там просто алкоголь вот мы выпьем,

выпили, и печень в моменте пострадала, и все. То есть она может запустить процессы, которые больше опосредованы генетикой. То есть, например, человек употребил небольшое количество алкоголя, но он не злоупотребляет. Но при этом так случилось, что ему достались гены, которые обеспечивают более агрессивное воздействие алкоголя на печень. То есть печень более чувствительна к факторам повреждающим, к алкоголю, к избытку жировой ткани.

И фактически всё это запускает процессы фиброобразования, то есть формируется соединительная ткань, и опять же, по мере того, как долго это всё происходит, это всё может привести к циррозу. И именно поэтому у нас и есть вот эта вот фраза про то, что полностью безопасных доз алкоголя не существует.