Летчик-космонавт Антон Шкаплеров вместе с гостем, летчиком-космонавтом Александром Лазуткиным, обсуждают, чем отличалась жизнь на орбитальной станции «Мир» в 1997-м году от сегодняшней жизни на МКС. Коллеги говорят о будущем российской космонавтики, о проектах снаряжения и новейших скафандрах.Александр рассказывает о внештатных ситуациях во время своего полета. Самое страшное на космической станции – это пожар. Тут некуда бежать. На околоземной орбите, чтобы выжить, космонавтам приходится быть даже пожарными. 10 февраля 1997 года с Байконура стартовали российские космонавты Александр Лазуткин, Василий Циблиев и немец Райнхольд Эвальд. Удачно состыковавшись со станцией, космонавты встретились с коллегами, которые летали на МИРе уже полгода – Валерием Корзуном, Александром Калери и американцем Джерри Линенджером. На пятый день полета все шестеро космонавтов собрались за одним столом. Тем более и повод был – на земле праздновали День защитника Отечества.Модуль, в котором проходил праздничный ужин, не предназначен для шести человек. Быстро стала ощущаться нехватка кислорода. Обычно в таких случаях «зажигают» кислородную шашку – стандартная процедура. Александр Лазуткин рассказывает, как это происходило. Именно ему пришлось «зажигать» шашку. «Зажигают» – это только так говорится. На самом в генераторе кислорода просто запускают химическую реакцию. После запуска «шашки» над установкой появилось пламя. Как же удалось космонавтам выйти невредимыми из этой драматичной ситуации?

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related