Одиночество Парижа, Петербурга, одиночество большого старого города – в картинах Екатерины Посецельской. «А где же люди?» – задают ей вопрос. «А люди – люди внутри», – отвечает художник. Сегодня в подкасте «Настоящий XX век» слушайте разговор с Екатериной – о семейных корнях и старой квартире на Загородном проспекте, от которой остались «путешествующий шкаф с книгами» да крошечная брошка, созданная руками прадеда, работавшего у Фаберже. А еще о том, почему дедушка Кати, известный военный врач, говорил в семье: «Или я, или ваш Марк Шагал» – времена были суровые и о родстве с художником, живущим за границей, говорить вслух было опасно. Среди множества прекрасных городов мира только Париж для Екатерины стал равновеликим Петербургу, который она рисовала всю жизнь, сколько себя помнит. «Я нашла способ, чтобы увиденное запомнилось, чтобы это потом повторить дома в мастерской. Я проговариваю свое восхищение моментом, проговариваю просто – как пунктир, запоминаю на уровне слов – желтые дома, зеленая крыша, синий забор, а потом вдыхаю жизнь». Ведущая Галина Артеменко.

Ask this episode

“What did the council decide on item 42?” — answered with the speaker and the moment.

Transcript

Related